А тесты мочи не показывают никаких примесей.
А это значит, что антибиотики вызывают отказ почек.
Вы же нефролог.
Который из них вызвал это? Мы его уберем.
Только не говорите, что и Ванкомицин и Азтреонам могут...
Они оба могут это вызвать.
Невозможно узнать, который из них. Нет теста.
Мы не можем перестать давать им антибиотики.
Они умрут от инфекции.
Если мы оставим их на обоих антибиотиках, они умрут от отказа почек.
Значит, тогда мы используем самое лучшее предположение.
Какое из лекарств вызывает отказ почек?
Как я и говорил, в госпиталях всегда стафилококк.
Прекратите давать им Азтреонам.
Я все равно считаю, что это синегнойная палочка.
Я голосую за то, чтобы прекратили давать Ванкомицин.
Нет смысла гадать.
Перестаньте давать одному Ванкомицин, а другому Азтреонам.
У них одинаковое заболевание, а вы хотите давать им различное лечение?
Какого черта вы делаете?
Терапевтическое исследование, чтобы найти источник инфекции.
Это неправильно.
У нас, по крайней мере, четверо больных детей.
Кто знает, у скольких еще не проявились симптомы?
У нас обязанность перед этими двумя!
Если у нас будут две различные реакции, тогда мы узнаем, как спасти остальных.
Значит, вы приговариваете одного из них к смерти, основываясь на случае?
Похоже, что так.
И что, ты бросишь монетку?
Так ты решишь, какой из них будет жить?
Могу я занять четвертак?
Вы хотите, чтобы на вас подали в суд, хотите потерять лицензию, Хауз?
Обычно, я был бы только за, но моя обязанность защищать этот госпиталь,
поэтому я убедительно советую найти медицинские основания,
почему ребенок А должен получить лекарство Икс, и наоборот.
Подожди-ка, Ловкач.
Не все мы ходили в юридический университет.
Ты советуешь, что я должен использовать медицинские причины, чтобы делать медицинские решения?
Это будет не просто...
Любое медицинское обоснование.
Не обязательно хорошее.
Ну, Хартиг звучит на еврейский лад, также как и Азтреонам,
поэтому мы прекратим давать ребенку Хартигов Ванкомицин, как тебе?
Ты не можешь проводить эксперименты на младенцах.
Врачи постоянно экспериментируют.
На взрослых. С их разрешения.
Ладно. Я получу разрешение родителей.
Их осведомленное разрешение.
Они должны знать, что другой ребенок получает другое лечение.
К сожалению, я этого не могу сделать.
Было бы неэтично, если один пациент узнал бы о лечении другого пациента.
У них есть право знать.
Если они узнают, они не согласятся, а это делает всю идею бессмысленной.
Это их право.
Еще двое младенцев начали проявлять симптомы.
Я обращаюсь к вашей юридической мудрости: что важнее?
Шесть умирающих младенцев или отсутствующая форма на разрешение?
Вы не можете этого делать.
Поступай, как считаешь нужным.
Почки вашей дочери отказывают...
Почки вашего сына отказывают.
...поэтому мы прекратим давать ей Азтреонам.
Мы прекращаем давать ему Ванкомицин.
Но, что же вызвало ее болезнь с самого начала?
Что, вы думаете, вызвало это?
Похоже, что это микроб, под названием синегнойная палочка.
Мы считаем, что это стафилококк.
Устойчивый к метициллину золотистый стафилококк.
Это очень стойкая форма очень распространенной бактерии.
Мы надеемся, что Азтреонам с ней справится.
Ванкомицин самое лучшее лекарство против устойчивого стафилококка,
поэтому мы продолжим давать ей это.
Так. Это ее вылечит?
Ваш ребенок очень болен.
Вам следует это знать.
Остается уповать на божье провидение.
Может вылечить ее, может и нет.
Значит, значит, это его вылечит?
Мы узнаем через 24 часа, если оно сработает.
Что ты им сказала?
Я сказала им правду.
Я вижу облегчение у них на лице.
Ты сказала, насколько болен их сын?
Я объяснила, что происходит.
Элисон, их ребенок умирает.
Если родители не плачут, после того, как ты ушла, ты не сказала им правду.
Мне так не кажется.
Ты хочешь, чтобы они оставались в неведении?
Хочешь, чтобы они пришли со словами: "О, Боже, мой ребенок умер, почему вы не предупредили меня?"
Значит, теперь мы беспокоимся о том, будут ли они на нас кричать?
Нет, мы беспокоимся о том, готовы ли они к возможной смерти их ребенка.
Если их сын завтра умрет, думаете, им будет иметь значение, что я им сегодня сказала?
Это будет неважно, им будет безразлично, все изменится навсегда.
Дайте этим бедным женщинам пару часов надежды.
Доктор Хауз!
О нет!
Доктор Хауз, это мой муж, Чарли.
Кто вам сказал, где мой офис?
Джил, пошли, он, очевидно, не хочет, чтобы мы его беспокоили.
А я пытался это скрыть.
------------------------------
Читайте также:
